Ведьмин Кут - Елена Воздвиженская

такой яркий, громкий и грубый, полный звуков и шума. А тот – туманный, таинственный, молчаливый, полный теней и неизведанного, тихий…

Она замолчала.

– Пойдём к озеру? – вдруг предложила она.

– Идём, – сердце Мишки заколотилось, как ненормальное – всё идёт, как надо. Сейчас он уговорит Юлю окунуться в озеро, и они пойдут обратно, в деревню.

Они подошли к самой кромке воды. Сегодня она вновь была совершенно другой – полупрозрачной, голубоватой, с каким-то фиолетовым оттенком.

– Что она, каждый день, что ли меняется? – удивился про себя Мишка.

– Какая вода необычная, – сказала Юлька, и, присев на корточки, зачерпнула из озера пригоршню.

Вода в её ладони сверкала миллиардами драгоценных блёсток, переливалась оттенками от бирюзового до тёмно-сиреневого, мерцала и искрилась.

– Никогда ещё не видела воды такого цвета, – восхищённо прошептала Юлька.

– Ты знаешь, я слышал, – решился Мишка, – Что вода в этом озере чудотворная, что она исцеляет от разных болезней, даже от самых тяжёлых.

Юлька подняла на него серьёзный взгляд своих бездонных глаз:

– И ты в это веришь?

– Ну, ты же веришь в русалок, – парировал Мишка, – Почему же я не могу верить в лечебные свойства воды? В этом-то как раз и нет ничего сверхъестественного. Ведь есть же санатории всякие – с ваннами, с источниками. Может и у нас тут со временем построят санаторий? Купальницу сделают! Будут за бешеные деньги народ сюда пропускать. А мы тут рядом живём и ничего не знаем. А могли бы купаться совершенно бесплатно и никогда не болеть!

Он врал и сам удивлялся тому, как нагло и смело он врёт.

Юлька смотрела на него, размышляя о чём-то. И вдруг, неожиданно для Мишки, она принялась разуваться.

– Т-ты… чего?

– А хочу проверить, – ответила девушка, – Вот искупаюсь в этом чудесном озере и, глядишь, выздоровею вмиг! А что мне терять?

– Ну, так-то так…

Неожиданно Мишку накрыл какой-то смутный страх, яростное и горячее нежелание того, чтобы девушка входила в эти воды, ладони его вмиг вспотели, а голова закружилась.

– Юль, а может не надо?

– Да что такого? Я хорошо плаваю, я в городе в бассейн хожу. А тут и вода вон какая чистая, даже водорослей нет. Ой, смотри…

Юлька склонилась к воде:

– Там, кажется, промелькнуло что-то в глубине.

– Может рыба?

– Нет, что-то крупное.

– Да тень, наверное, от облаков, а вообще, пойдём лучше назад, в деревню, – Мишка потянул девушку за руку.

– Нет, – вырвалась та, – - Пусти. Я искупаюсь. Только… только ты отвернись. У меня купальника нет, я же не знала… Я платье сниму.

– Хорошо, – страх всё крепче сжимал горло своими ледяными пальцами, но Мишка не мог противостоять желанию девушки, отчего – он и сам не осознавал.

Словно всё шло по заранее спланированному сценарию и он уже ничего не решал здесь, а был лишь зрителем, наблюдателем. Словно он выполнил уже свою роль в этом фильме и теперь лишь смотрел на происходящее со стороны.

Мишка отвернулся. Сзади послышался шелест ткани. Платье упало в траву. Мишка закусил губу, превозмогая желание обернуться, но устоял. Всплеск. Юлька вошла в воду.

– Юль, уже можно поворачиваться? – крикнул Мишка.

– Нет. Я ещё неглубоко зашла, подожди.

– Ладно.

Внезапный сильный плеск воды заставил Мишку похолодеть от ужаса, ещё не обернувшись, он понял, что произошло что-то ужасное. Юлька коротко вскрикнула, а затем послышался шум борьбы, плещущейся воды и бульканье. Мишка стремительно развернулся и увидел, как та, чей гребень он утащил несколько ночей назад, тянет Юльку на дно, вцепившись в неё своими тонкими, голубоватыми руками.

– Оставь её, тварь! – завопил Мишка и бросился в воду.

Но, произошло нечто невероятное, как бы он не старался работать руками, плыть быстрее, русалка с Юлькой не приближались ни на сантиметр. Вода стала снова, как кисель, тягучей, вязкой, не вода – а проход в другое измерение… Внезапно всё стихло. Мишка замер, огляделся, он находился на середине озера, но Юльки нигде не было видно. Тихая поверхность воды – ни мути, ни волн, ничего, что выдавало бы то, что здесь произошло только что нечто страшное. Мишка закричал во весь голос, нырнул – ничего, пусто. Дно просматривалось хорошо, но Юльки с утопленницей нигде не было. Он нырял снова и снова, кричал, звал, всё безуспешно. Наконец, Мишка выбрался на берег. В лёгких нещадно жгло, глаза заволокло мутной пеленой, сердце готово было разорваться от отчаяния и ужаса. Он стал причиной смерти человека! Юлька утонула! Что делать? Что делать?! Мишка зарыдал, закричал в голос, принялся неистово рвать траву вокруг, пинать комья земли. Разум его помутился.

Тихий всплеск заставил его обернуться. Это была она – утопленница. А рядом с ней – Юлька. Они показались из озера по пояс. Длинные волосы облепили милое лицо, губы синие и безжизненные сжались в ниточку, большие глаза стали фиалкового цвета.

– Юля, – прошептал Мишка.

– Она стала одной из нас, – ответила за неё русалка.

– За что?…Ты… Ты… тварь… Ты обманула меня! Обманула!! – заорал Мишка.

– Это была ложь во благо, – ответила утопленница, – Да, мы можем многое, но даже мы не в силах изменить судьбу человека. Юля не выдержала бы этой операции. Она должна была умереть этой осенью прямо на операционном столе. Но теперь этого не случится. Она будет жить вечно. Рядом с нами. Только теперь зовут её не Юлия, имя ей будет Утоплёна.

– С вами? Ты шутишь, да?! Вы – нежить!

– Я была таким же человеком, как и вы, – покачала головой русалка, – Меня звали Маруся. Я пошла на реку стирать бельё и утонула. А дома у меня остался ребёнок. Девочка. Эта девочка была прабабкой Юли.

– Юля твоя праправнучка?…

– Да. И жить ей оставалось уже недолго. А теперь всё у неё будет хорошо. Я люблю свою праправнучку и желаю ей только добра. Жизнь русалки совсем не так плоха и уныла, как тебе может казаться. А ты, если хочешь, можешь быть с ней рядом.

– Ты… ты предлагаешь мне утопиться?! – Мишку трясло.

– Ну, если прямо, то – да.

Мишка молчал.

– Это же грех…

– Я хочу сказать тебе кое-что, Миша. И, поверь, у меня нет цели обманывать тебя. Нам запрещено рассказывать людям о будущем, но я сделаю нынче исключение. Этой осенью ты должен пойти в армию, правда?

– Да.

– Так вот, весной ты будешь направлен в другую часть. А оттуда почти сразу же ты попадёшь в место, где будет идти боевой конфликт.

– Да у нас везде спокойно!

– Всё изменчиво под луной, Миша. Так вот, через месяц после того, как ты приедешь в это место, ты будешь убит.

– Что?

– Да. Домой ты вернёшься уже грузом двести. Хочешь верь, хочешь, нет. Но я хочу предложить тебе остаться с нами. Остаться с Юлией. Ведь ты любишь её, правда? Но в этом мире у вас не было бы будущего. Однако всё возможно в мире другом. Их много, этих миров, и наши – лишь одни из миллиардов.

Мишка побледнел. Он стоял, молча глядя на Юльку. А та вдруг улыбнулась ему и протянула свою тонкую бледную руку.

– Я не могу вернуться в деревню, – подумал Мишка, – Я не смогу врать людям, и говорить, что не знаю, где Юля. Да, я не виноват в её гибели по закону, но есть ещё законы духовные. И жить с этим я уже не смогу. И если русалка не врёт, то… и мне осталось недолго.

Он оглянулся на деревню, в которой прошло его детство, где жили его дед и бабушка. Обвёл взглядом окрестности. Всё вдруг стало ему чужим в этом мире. Сердце его уже приняло решение. Он улыбнулся Юле и шагнул ей навстречу. Он шагал и шагал, покуда воды озера не сомкнулись над его головой.

Эпилог

Юльку принялись искать сразу же. Деревня, поднятая по тревоге, вернувшейся из города Зоей Никитишной, не заставшей внучку дома, включилась в поиски. Мужики и нашли на берегу Пустого озера голубое платье и белые босоножки. Зоя Никитишна сходила с ума